Урок – не впрок?

На прошлой неделе на Северном Кавказе случился очередной террористический акт: взорвали ГЭС.

 

Убив при этом двух спящих охранников. Позднее несколько растерянный президент устроил в телевизоре распеканцию министру МВД Нургалиеву, буквально перед этим побывавшему в лагере «Наших» на Селигере, и, опустив глаза долу, заслушал доклад руководителя ФСБ Александра Бортникова… Словом впечатление от телевизионных картинок было примерно таким: произошедшее стало для власти полной неожиданностью и та пребывает в шоке.

Я поинтересовался мнением о случившемся у друга детства, занимавшего когда-то немаленькую должность в КГБ СССР. Если коротко, то помимо краткой оценки положения дел с госбезопасностью в стране, в его ответном письме есть и оценка состояния «отрасли» в целом. И на Северном Кавказе в частности. А также сомнение в способности нашего государства обеспечить защиту своих граждан. Хотя нынешняя ФСБ, как и ее предшественник — КГБ всегда считалось и считается столпом российской государственности. В ведении которой находятся вопросы безопасности объектов жизнеобеспечения.…

Как обстоят дела с безопасностью энергетических объектов на территории Тверской области, об этом в понедельник, 26 июля, я решил поинтересоваться в Управлении ФСБ по Тверской области. Очень хотелось получить ответ на один-единственный вопрос: может ли у нас повториться такой же диверсионный акт, какой был на Баксанской ГЭС? Очень хотелось бы при этом, чтобы кто-нибудь из ответственных людей смог, назвав свою должность, фамилию и имя, смог сказать тверитянам: «У нас все под контролем…». С этой целью, я взялся за телефонную трубку…

Но увы, и дежурный по Управлению майор Жеганов, и голос отказавшегося представиться неизвестного в телефонной трубке, куда я позвонил по рекомендации Жеганова по номеру 34-24-78, не внесли ясности. Более того, оба телефонных собеседника очень удивились моему интересу к данной проблеме. Есть, мол, у нас такие вещи, о которых им говорить нельзя. И вообще все сношения с общественностью в Управлении осуществляет только один специально обученный для этого человек – по имени Вадим Ковень, который к сожалению находится в отпуске и без которого тут ничего узнать нельзя.

Как же так, думаю вслух, в такой строгой и жестко структурированной организации – и никого не назначили взамен ушедшего в отпуск. Вон ведь даже, когда Ленин умер, тут же нашлись продолжатели его дела, продолжавшие его потом почти семь десятилетий… И тогда, видимо, пожалев меня, дежурный посоветовал лично придти в Управление и побеседовать с кем-нибудь из офицеров. Чем я и не преминул воспользоваться.

Дежурный прапорщик, выяснив у меня цель визита, минут 5-7 убеждал кого-то спуститься вниз и поговорить со мной. Потом минут через 10 ко мне подошел молодой человек, представившийся следователем старшим лейтенантом Иваном Антоновым. Выяснив, кто я такой и с какой целью пришел сюда, Антонов уходит, пообещав прислать мне пресс-секретаря. Еще минут через в комнату, где шла наша беседа заходит уже знакомый прапорщик и заявляет, что обещанного мне человека здесь нет. Он — в командировке. Все, круг замкнулся…

Вняв совету одного из бывших работников тверского «дома на набережной», возвращаюсь, чтобы записаться на личный прием к руководителю Управления генералу Мореву. Прапорщик куда-то уходит, а минут через 15-20 ко мне выходит дама, представляющаяся Ириной – помощницей руководителя. Предложив встретиться с кем-нибудь другим, уступает моей настойчивой просьбе записать меня на прием к Мореву. Обещает позвонить в тот же день. Увы, ни звонка, ни привета…

Увы, все это даже не смешно. Отчего вдруг вокруг элементарного вопроса поднялась такая непонятная возня? Вон на этой неделе уже было сообщение о пожаре на одном из трансформаторов Калининской АЭС. И никто ничего толком даже не пытается что-то сказать, успокоить людей… Судя по всему, работникам Тверского управления ФСБ либо не желают открыть народу страшную правду, либо им вообще нечего сказать. Иначе зачем была нужна такая непонятная возня вокруг элементарного в общем-то вопроса?

***

Говорят, что история имеет свойство повторяться: один раз в виде трагедии, другой – в виде фарса. История начала 90-х, когда могущественный вроде бы КГБ развалился в результате продажности и предательств отдельных работников системы, стала свидетельством того, насколько сгнила к тому времени вся тогдашняя система госбезопасности. Одна из причин – закрытость ее от общества. Сегодня, похоже, мы наблюдаем то же самое.

Виктор Богданов

Напишите комментарий без цензуры

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

css.php