Предвыборная экология

В конце 2025 года был опубликован второй экологический рейтинг регионов России. Тверская область оказалась в числе аутсайдеров — вместе с Тывой, Хакасией, Карелией, Новосибирской, Ульяновской, Ярославской и Архангельской областями. В Центральном федеральном округе лидируют Липецкая и Московская области, тогда как Тверская и Ярославская — в числе отстающих.

Что стоит за этими цифрами и как живётся тем, кто каждый день сталкивается с экологическими проблемами Верхневолжья?

Одна из самых острых тем — обращение с твёрдыми коммунальными отходами. Региональный оператор ООО «ТСАХ» работает в Тверской области с 2019 года. За это время тарифы на вывоз мусора выросли многократно: только с 1 июля 2025 года подорожание составило 12,9%. При этом жители и эксперты отмечают, что качество услуг не соответствует росту тарифов.

В августе 2025 года жители одного из городов области сообщили, что ситуация достигла критического уровня: несвоевременный вывоз мусора не только создаёт неприятный запах и визуальный дискомфорт, но и увеличивает риск распространения инфекций и появления грызунов.

Проблемы носят системный характер. В апреле 2025 года Россельхознадзор обнаружил свалку ТКО на землях сельхозназначения близ деревни Петрушкино Лихославльского округа. Площадь загрязнения составила 1,52 гектара, высота отходов достигала двух метров; в почве выявлено превышение цинка. Ущерб оценён в 25,6 млн рублей. Компания-владелец не исполнила предписание, и только после иска прокуратуры суд обязал ликвидировать свалку.

Ещё одна давняя проблема — борщевик Сосновского. В 2025 году Россельхознадзор выявил 197,4 га заросших участков (что меньше, чем в 2024 году, когда было 293,4 га), но в первом квартале 2026 года уже зафиксировано 252 га новых зарослей.

С 1 марта 2026 года все землевладельцы обязаны бороться с инвазивными растениями на своих участках. Однако исполнение закона остаётся проблемным: проверок недостаточно, штрафы невелики, а у контролёров не хватает ресурсов и полномочий, чтобы охватить все заражённые территории.

Менее заметная, но существенная проблема — незаконный сброс строительных отходов. В январе 2025 года в переулке Радостный в Твери обнаружили свалку с ломом бетонных изделий и битым кирпичом на площади около 190 кв. м; ущерб почве оценили в 146,6 тыс. рублей, утилизировали более 50 кубометров отходов. В Кимрском округе зафиксирован похожий случай с ущербом в 351 тыс. рублей.

Сброс отходов на почву запрещён. На практике доказать нарушение сложно: миксер может слить раствор за несколько минут и уехать. Для компаний предусмотрены штрафы до 500 тыс. рублей.

Питьевая вода остаётся одной из главных проблем. В марте 2025 года жители Твери жаловались на грязную, жёлтую воду с запахом. В июле 2025 года в пробах городской воды концентрация некоторых химических веществ превысила норматив в 2,66 раза. В посёлке Сахарово три артезианские скважины работают без водоподготовки.

В Зубцовском районе контроль качества воды не проводится из‑за недостатка средств.

Незаконные рубки наносят серьёзный урон лесам. В 2025 году прокуратура взыскала ущерб в 93,4 млн рублей. В Западнодвинском округе объём незаконно вырубленной древесины превысил 1 800 куб. м, ущерб — 29,5 млн рублей. Общий ущерб от «чёрных» лесорубов в области превысил 22 млн рублей.

Жители также жалуются на загрязнение рек. В Бежецком районе экосистема реки Вирица пострадала от агропромышленных сбросов. В селе Ильинское Кимрского округа канализация сбрасывается прямо в озеро.

На фоне соседних регионов положение Тверской области выглядит тревожно. Московская область — лидер ЦФО в экологическом рейтинге; там восемь из 12 эффективных комплексов по обращению с отходами. В Тульской области обустроено 4,3 тыс. площадок для сбора мусора и работает интерактивный сервис контроля вывоза. В Нижегородской области более 83% отходов проходят сортировку. В Тюменской области достигнута 100% сортировка ТКО. Тверская же — в «красной» зоне вместе с Ярославской областью

Проблемы Верхневолжья — борщевик, мусор, строительный мусор, загрязнённая вода — не новые, но их системный характер и место в «красной зоне» требуют не точечных мер, а управленческих решений. Законы есть, но исполнение хромает; контроль слаб, ответственность размыта.

Жители ждут не только отчётов, но и реальных перемен. Признание проблемы на федеральном уровне даёт надежду, но многое зависит от готовности региональных властей и муниципалитетов взять на себя ответственность и обеспечить системное исполнение решений, особенно в период больших выборов.